Никита Петров
11
All posts from Никита Петров
Никита Петров in Биржевые старости - ретроблог,

​Последний самурай

Вы когда-нибудь думали, что произойдет с российским рынком в случае банкротства одного из крупнейших брокеров? Скажем, БКС. Мне всегда казалось, что это будет окончательный конец для биржевого трейдинга в нашей стране. Но чем больше изучаю иностранный опыт, тем больше понимаю – обойдемся и без БКС. Например, ровно 18 лет назад был объявлен банкротом японский брокер Yamaichi Securities, входивший в десятку крупнейших в мире и в большую четверку Японии. И ничего – японцев немного поколбасило, но фондовый рынок остался жить. Подробности – в сегодняшней старости, которая была опубликована «Коммерсантом» в 1997 году под заголовком «Крокодилы мирового империализма».

Крах одного из крупнейших брокерских домов Японии - Yamaichi Securities, потряс мир. Никто не сомневался, что кризис грозит не только Японии, но и мировой экономике в целом. И совершенно напрасно. Потому что никакого кризиса в Японии на самом деле нет. А громкое банкротство - просто хитрый способ поддержать экспорт японских товаров.

Черный понедельник

События развивались следующим образом. Две недели назад японский премьер Рютаро Хасимото обнародовал правительственный план экономических реформ. План предполагает сокращение к 2004 году бюджетного дефицита с 5,4% до 3% ВВП с одновременным отказом от его финансирования за счет выпуска государственных ценных бумаг, либерализацию рынка телекоммуникаций, увеличение помощи малому бизнесу и, самое главное, снижение налога на прибыль корпораций.

Ужесточение финансовой политики будет сопровождаться радикальной либерализацией финансового рынка. До сих пор он подчинялся строгому государственному диктату — теперь банкам, инвестиционным и страховым компаниям разрешат относительно свободно конкурировать друг с другом.

Более того, японцам позволят открывать счета в иностранных банках. Формально они и сейчас имеют на это право, но фактически их заставляют размещать свои триллионы иен (никто точно не знает сколько) на низкопроцентных счетах в национальных кредитных учреждениях — западные эксперты называют их "самым большим денежным резервуаром" в мире. Теперь иностранные банки впервые по-настоящему вступят в борьбу с местными за японских вкладчиков.

Рютаро Хасимото утверждает, что перечисленные меры сделают Японию похожей на западные страны и ускорят ее экономический рост, который в последнее время замедлился. США и страны Западной Европы в этом году демонстрируют быстрое неинфляционное развитие экономики, в то время как в Японии при столь же низкой инфляции ВВП к концу года может даже несколько сократиться.

Первым ощутимым результатом заявления премьер-министра стал последовавший примерно через полторы недели после него крах самого слабого из "большой четверки" брокерских домов Японии — Yamaichi Securities Co. Ltd. В понедельник, 24 ноября, он объявил о своем банкротстве "из-за недостатка кредитных ресурсов, больших долгов и сокращения возможностей для бизнеса". Весь мир тут же испугался волны банкротств в Японии. Упал индекс Доу-Джонса. Иена скатилась до самого низкого за последние пять лет уровня — 128 иен за доллар. Переполошилась и сама Япония: на Токийской бирже индекс Nikkei снизился на 5,11%. Запаниковавшие эксперты объявили, что начавшийся с этого года быстрый рост мировой экономики в ближайшее время прекратится. Они поспешили. Потому что крах Yamaichi оказался неожиданностью для кого угодно, только не для японских властей. Больше того, они и не скрывали, что допустили это банкротство умышленно.

Удачный вторник

Уже на следующий день, во вторник, Банк Японии покрыл все убытки японским гражданам, доверившим деньги развалившемуся брокерскому дому. И тут же началась накачка экономики очередными порциями дешевых кредитов — "с целью не допустить кризиса ликвидности". Глава Банка Японии даже сделал официальное заявление: "Банк Японии подтверждает свою готовность и впредь предпринимать любые необходимые шаги, включая предоставление ликвидных ресурсов, чтобы избежать риска снижения ликвидности на рынке".

Ничего удивительного тут нет: учетная ставка в Японии составляет всего 0,5%. Как сказал, комментируя банкротство Yamaichi, один из западных экспертов: "Смешно, что корпорация заявила о недостатке кредитных ресурсов — вообще-то в Японии кредитные ресурсы почти ничего не стоят".

Тем японским фирмам, которые нуждаются не в иенах, а в долларах, Банк Японии и министерство финансов пообещали и доллары. Проведя предварительные переговоры с Федеральной резервной системой США, они дали понять, что компании смогут беспрепятственно получить в США долларовые кредиты под залог американских казначейских обязательств (по данным ФРС, их у Японии больше, чем у кого-либо в мире — на $321 млрд). Министерство финансов Японии не исключило и того, что в случае чего компенсирует недостаток долларов на внутреннем рынке самостоятельно, поскольку имеет самые большие в мире золотовалютные резервы (они оцениваются в $228 млрд).

Так зачем же допустили крах Yamaichi? Один из западных менеджеров, работающий на японском финансовом рынке, пояснил: "Совершенно очевидно, что Yamaichi позволили обанкротиться умышленно. Ни для кого не секрет, что 25-30% японских финансовых компаний совершенно неэффективны и не переживут либерализации. Брокерский дом Yamaichi имел 6% рынка — теперь власти могут считать, что освободили эти 6% для какой-нибудь более жизнеспособной фирмы".

В беседах с западными коллегами японские официальные лица и представители японских научных кругов говорили о случае с Yamaichi чуть ли не с гордостью, заявляя, что он служит лучшим подтверждением серьезности намерений правительства изменить экономическую политику. Такехиса Каяси, профессор университета Рюцу Кейдзай, очень точно сформулировал официальную позицию: "Раньше Банк Японии и министерство финансов всегда спасали любую фирму, испытывающую финансовые трудности. Теперь они спасают не любую. Япония перестала быть чрезмерно протекционистской страной. Власти не очень расстроятся, если одна-две неэффективные фирмы разорятся. Главное, чтобы не было проблем у эффективных фирм и у всей экономики в целом. Это нагляднейшее подтверждение, что Япония полностью интегрировалась в мировую экономику и проводит либеральные экономические реформы".

Импортный выходной

В общем, есть все основания полагать, что главной целью, которую преследовало японское правительство, было произвести впечатление на Запад. Нужно вспомнить, что в последнее время западные лидеры — особенно американский президент Билл Клинтон — настойчиво (если не сказать назойливо) требовали от Рютаро Хасимото реформ. В июне этого года в Денвере руководители G7 на своем экономическом заседании (на том самом, на которое не был приглашен Борис Ельцин) уговаривали Хасимото смягчить бюджетную политику и стимулировать внутренний спрос. Обеспокоенность Клинтона вызвал рекордный дефицит США во внешней торговле с Японией. "Хотелось бы избежать очередной торговой войны",— заметил тогда американский президент, дав Хасимото понять, что у США есть рычаги давления на Японию. Если она по-прежнему будет делать ставку только на экспорт, Запад будет вынужден ограничить свой импорт японских товаров.

Запад требовал от Японии слишком многого. Уже почти 40 лет экономика Японии, совершенно не похожая на экономики ведущих индустриальных держав, развивается исключительно за счет промышленного экспорта. Японские банки — тоже далеко не западные банки. Их главная задача — обеспечивать японские финансово-промышленные конгломераты дешевыми кредитами. Потому что без этого было бы невозможно победить на мировых рынках промышленной продукции американских и европейских конкурентов.

Дешевые деньги банкам дает Банк Японии. Удивляться нынешнему кризисному состоянию японских банков может только наивный. Еще в начале 80-х годов один из представителей японских банковских кругов говорил: "На самом деле мы все давно банкроты. Мы были и остаемся безнадежными должниками Банка Японии".

Ограничение внутреннего спроса (с помощью высоких таможенных пошлин и на редкость забюрократизированной и сложной системы розничной торговли) — также отнюдь не прихоть японского правительства. Это единственно возможный способ заставить японцев экономить деньги для вложения их в экспортное производство и избежать внутренней инфляции в условиях неограниченного предложения денег. Ставка на экспорт оправдала себя. Японский центробанк десятилетиями печатал иены, а их курс на мировом рынке десятилетиями рос, потому что они были нужны всему миру для покупки японских товаров.

Последние события показали, что, несмотря на провозглашенный японским правительством новый экономический курс, все так и будет продолжаться. Хасимото выслушал Клинтона и сделал ровно наоборот. В его либерализационном пакете есть только одна мера, которая должна стимулировать внутренний спрос. Эта мера — введение дополнительного выходного в понедельник. Якобы японцам не хватало одного выходного, чтобы начать покупать японские и особенно импортные товары. Звучит издевательски.

Правда, японские власти, как мы видим, громко заявляют, что отныне будут поддерживать не все национальные компании подряд, а только жизнеспособные и эффективные. Но на самом деле они и раньше поддерживали только их. В 60-е годы всемогущее министерство внешней торговли и промышленности приглашало к себе ученых и журналистов и требовало от них одного: назвать те фирмы, которые имеют перспективы в завоевании западных рынков. И именно этим фирмам открывало неограниченное финансирование. Теперь повторяется то же самое, но под лозунгом либеральных реформ. Япония избавляется от банков и фирм, которые утратили эффективность и привыкли беззаботно тратить печатаемые государством деньги.

Экспортный праздник

Какие последствия вся эта история может иметь для мирового финансового рынка вообще и для России в частности?

Прежде всего — японская экономика уж точно не рухнет. Чтобы это понять, достаточно вспомнить, что положительное сальдо внешнеторгового баланса Японии в октябре составило 1,11 трлн иен — в два с лишним раза больше, чем в октябре прошлого года. Иными словами, японские внешнеторговые показатели продолжают неуклонно улучшаться.

От рекордного падения иены в результате банкротства Yamaichi Западу тем более ничего хорошего ждать не приходится. Как известно, чем ниже курс национальной валюты, тем шире экспортные возможности страны — конкурентоспособность товаров на международных рынках только повышается. "Японский экспорт становится уже политической проблемой",— горестно отмечает Билл Клинтон.

Мирового финансового краха тоже не будет. Япония не продаст сразу все свои запасы казначейских обязательств США, акций и облигаций западных компаний. Конечно, финансовые рынки долго будут оставаться нестабильными. Но не потому, что все боятся банкротства японских компаний и банков. А потому, что непонятно, какие компании и банки японское правительство захочет обанкротить, а какие — поддержать.

Не предвидится и прекращения неинфляционного экономического роста в мире. Просто потому, что Япония в этом не заинтересована — надо же ей кому-то продавать свои товары.

Что касается России, то ее интересов вся эта история вообще не затрагивает. Какое ей дело до конкурентоспособности японских товаров? Ведь нефть и газ Япония не экспортирует. А мировые финансовые рынки все-таки остаются пока очень далеко.