Наталия Рудичева
1
All posts from Наталия Рудичева
Наталия Рудичева in Сообщество,

Посвящение тов. Абрамову

Несколько лет назад, в ходе изучения юридических вопросов, связанных с денежной системой, я опубликовала статью в малоизвестном журнале.  Эти выдержки - разъяснение к комментарию ст.Кашина, в посте тов. Абрамова.

                                                                Современное состояние законодательства о деньгах и денежной системе.

Юридическое содержание понятия деньги, денежная система имеет существенное значение для правовых отношений, складывающихся по поводу денег. Между тем, после утраты Законом № 3537-1 от 25 сентября 1992 г. «О денежной системе Российской Федерации» юридической силы это понятие с точки зрения законодателя потеряло актуальность. Ныне действующий  Федеральный Закон  «О Банке России», включивший отдельные положения  Закона № 3537-1 в главу YI «Организация наличного денежного обращения», определения денежной системы не содержит вовсе.

Сегодня законодательство о деньгах и денежной системе состоит из ряда статей, размещённых в Конституции, ГК РФ, ФЗ «О Банке России», «О валютном регулировании и валютном контроле» и ряде подзаконных актов Банка России. Часть из этих статей просто дублирует друг друга, а часть – противоречит друг другу. (К 2017 г., прим. мой, добавилось ещё законодательство о платёжной системе). Отсутствие норм-принципов, являющихся непременным атрибутом любого специального законодательства, приводит к некорректному толкованию системных понятий, и, как следствие, неблагоприятно отражается на повседневной практике финансовых институтов и арбитражных судов. 

Данный материал ставит своей целью рассмотреть эти нормативные акты с позиции их соответствия основам исторической теории денег, экономического содержания и обыкновению биржевого и банковского оборота.

                                              Предпосылки формирования институтов актуальной денежной     системы.

В первой половине XX столетия в российской и советской юридической литературе активно обсуждался вопрос о месте правового регулирования эмиссии банковых билетов в правовой системе. Большинство представителей российской юридической школы считали, что эмиссионная операция является вопросом денежно-кредитной политики государства, и, следовательно, её регулирование должно быть осуществлено в отдельном законе (Денежном Уставе) публично-правового методами. В частности, по мнению Эльяссона[1], выпуск банковых билетов Государственного Банка должен быть урегулирован одним законом весь целиком, даже в деталях. М.М. Агарков[2] считал, что этот вопрос не входит в компетенцию банкового законодательства, подобно валютному законодательству, которое существует автономно.  Государственно-политический характер, общность объекта (деньги) и методов правового регулирования  позволяли рассматривать закон об эмиссии банковых билетов и валютное законодательство как единый правовой комплекс. Очевидно, что терминология этого правового комплекса также должна быть единообразной и соответствовать общепринятым элементам юридического учения о деньгах. Деньги как объект гражданских правоотношений также необходимо урегулировать с учётом единства общих понятий валюты, законного платёжного средства, меновой стоимости, средства обращения, содержание денежного обязательства, денежного суррогата и т.п.

Теоретических  предпосылок для легитимации понятия «денежная система» предостаточно. Так, согласно, Nussbaum и Helfferich[3], понятие денежной системы имеет два аспекта: юридический и экономический.

С юридической точки зрения, денежная система каждой страны определяется как совокупность различного вида денежных знаков, выраженных в одной и той денежной единице, которая определяет их относительную платёжную силу. Поскольку лежащая в основе этой системы денежная единица  неизменна, денежная система также сохраняет постоянство. Упразднение отдельных её элементов, например, изымание из обращения металлических монет, или внедрение новых, а также изменение покупательной силы денежных знаков, не нарушает тождественности и целостности денежной системы. В период экономических кризисов государство может отказаться от единой «меры денежной силы». В этом случае на одной территории формируется несколько денежных систем, каждая из которых основана на своей денежной единице. Платёжное соотношение этих единиц определяется для каждого временного периода по курсовому соотношению денежных знаков одной системы к знакам другой системы. Такое денежное устройство носит название параллельного денежного обращения. В России классическим примером параллельного обращения денег является одновременная циркуляция бумажных ассигнаций и серебряной монеты в 1812-1839 гг. В этот период все сделки выражались либо в рублях ассигнациями, либо в рублях серебром. В настоящий период в России (середина 2000-х) также имеются признаки параллелизма рублёвой и долларовой систем, с той лишь разницей, что доллар не наделён государством законной платёжной силой, однако он охотно принимается внутренним рынком в качестве средства платежа, расчётов и выражения абстрактной стоимости.

С экономической точки зрения денежная система является исторически сложившимся типом государственного регулирования ценности денежных знаков. К примеру, в большинстве стран Европы до первой мировой войны господствовала система золотого обращения. Для такой системы характерны следующие признаки:

законная платёжная сила присваивается золотым монетам определённого веса и пробы или разменным на золото денежным знакам, последние представляют собой вид квитанции на получение золота;

для золотых монет установлена свободная чеканка, то есть частное лицо может в обмен на передаваемое государству золото в слитке получить на соответствующую сумму золотые монеты легальной чеканки;

монета из серебра и иных металлов имеют ограниченную платёжную силу и выпускаются в пределах определённого контингента;

законодательство о золотом обращении связывает ценность денег с ценностью золота и устанавливает различные ограничения для других денежных знаков, поскольку без таких мер более «дорогие» золотые монеты обычно вытесняются «дешёвыми» и более удобными, в силу физических свойств[4], серебряными;

эмиссия денежных знаков имеет физическое ограничение – реальный золотой запас страны. Инфляционный процесс может начаться только в случае неограниченного притока золота, как это было в Испании в период «освоения» золота инков.

Другим примером является система бумажно-денежного обращения, при которой на бумажные деньги устанавливается принудительный курс, и отсутствуют какие-либо гарантии в отношении ценности денег, то есть «привязки» их к ходовому товару. При бюджетном дефиците государство активно использует печатный станок, и эти деньги могут обесцениваться до бесконечности.

Таким образом, для характеристики денежной системы и дедолларизации оборота необходимо не только законодательно фиксировать единую денежную единицу, но и предусмотреть совокупность фактических мероприятий правительства и Центрального Банка для закрепления ценности рубля, то есть «привязки» его к универсальному товару[5],   обеспечения свободного «оттока» денежных знаков из страны и разработать соответствующую нормативную базу.

                                                                   О правовой природе «безналичных денег»

В условиях стагнации торгового оборота в СССР вопрос о правовой природе безналичных денег и безналичных расчётах не был актуальным. Тем не менее, по замечанию Л.А. Лунца[6], в капиталистических странах важную роль играют «безналичные расчёты» путём перечисления денег с текущего счёта должника (в банке или сберегательной кассе) на текущий счёт кредитора по распоряжению первого и с согласия последнего. Такой порядок платежей требовал, чтобы оба контрагента имели свои текущие счета в одном банке. Однако благодаря «жирообьединениям» в некоторых странах возможны безналичные расчёты между лицами, имеющими счета в различных банках или сберегательных кассах. Рассматривая правовые предпосылки такого рода платежей, Л.А. Лунц пришёл к следующим выводам:

1.                  Зачисление денежной суммы на банковский счёт влечёт для клиента банка переход от вещных отношений к обязательственным, поскольку вместо наличных денег он получает требование к банку. Это требование подвержено риску, связанному с платёжеспособностью банка. Поэтому без согласия кредитора такой платёж не погашает долга контрагента.

2.                  Законодательства зарубежных стран, в которых применяются жирорасчёты одинаково подходят к оценке правовой природы безналичных денег.  Запись на банковском счёте – не что иное, как  размер обязательства банка, но не как не аналог банкового билета.

3.                  С точки зрения Французского торгового кодекса, платёж контрагенту путём зачисления денег на текущий счёт является «делегацией», в силу которой должник предлагает своему кредитору другого должника – банка. Такой перевод долга возможен лишь с согласия кредитора, причем последний должен прямо заявить, что он освобождает от обязательства должника, совершившего делегацию.

4.                  В англо-американском и германском праве применяется другая практика. Если на бланке письма, исходящего от контрагента, обозначены наименование банка и номер текущего счёта, то такое письмо является согласием на получение платежей в порядке безналичных расчётов. Более того, если в рекламе или в газетной публикации, исходящей от торговой фирмы указаны реквизиты банка и номер счёта, то такое «публичное объявление» считается выражением общего согласия на получение платежей на данный счёт. Долг контрагента погашается записью на счёт кредитора. При этом не требуется, чтобы кредитор был уведомлен о состоявшемся перечислении.

5.                  Безналичный платёж, совершенный с согласия кредитора, есть настоящий платёж, а не «замена исполнения». Поэтому ему не препятствуют правила конкурсного производства.    

Замечания и выводы, основанные на законе

Законодательство о валютном регулировании использует термин «валюта» в разных значениях:

  • как официальную денежную единицу, называемую также рублём, в которой исчисляется сумма произвольного обязательства (валюта долга);
  • как денежный знак в форме банкноты и монеты, эмитентом которых является Банк России, или записи на банковском счёте (вкладе) в любой кредитной организации, предназначенный для обращения на территории России и снабжённый законом принудительной покупательной способностью, то есть средство погашения обязательства (валюта платежа);
  • как безусловное обязательство Банка России, обеспеченное его активами, в частности обязательствами иностранных государств (государственный долг).  В то же время непосредственной «привязки» валюты РФ к ходовому товару нет, то есть государство не даёт конкретному держателю валюты каких-либо гарантий в отношении её ценности;
  • как денежный знак иностранного государства (группы государств) в форме банкноты, монеты, казначейского билета  или записи на банковском счёте (вкладе), предназначенный для обращения на территории соответствующего иностранного государства, но в России не имеющий платёжной силы (иностранная валюта);

Поскольку для исполнения функции денег валюта должна быть по закону наделена платёжной силой[7], к национальной денежной системе можно отнести только валюту РФ. Поэтому иностранную валюту законодатель «отождествляет» в обращении с иными валютными ценностями. 

Кроме того, закон «О валютном регулировании и валютном контроле» устанавливает правила совершения валютных операций. Их удобно разделить на две категории:

1. валютные переводы как модус (способ) исполнения в международном обязательстве уплатить иностранную валюту. К таким отношениям применяются обязательственные нормы гражданского законодательства о процентах   за просрочку исполнения и неправомерное удержание денежных средств, о месте исполнения и проч. В данных отношениях иностранная валюта исполняет роль договорного платёжного средства.

2. сделки купли-продажи иностранной валюты. В этом случае валюта как иностранная, так и национальная, не является  средством платежа, а играет роль «товара». По замечанию Л.А. Лунца[8], такие валютные сделки направлены не на платёж денежными знаками, а на поставку этих знаков или обмен ими. Поэтому к данным отношениям не применяются обязательственные правила, а  применяются гражданско-правовые нормы, установленные для продажи вещей, определённых родовыми признаками.  Невозможность исполнения определяется на основаниях, действующих в отношении сделок, имеющих своим предметом родовые вещи. Просрочка или неисправность должника является основанием не для начисления процентов, как по денежным обязательствам (ст. 395 ГК РФ), а для возмещения убытков. Кредитор в случае просрочки должника может покрыть свою потребность в иностранных или международных платёжных средствах, заключив сделку с третьим лицом и взыскать с должника разницу в курсе, то есть разницу между ценой, обусловленной первоначальной сделкой и биржевым курсом на срок  исполнения этой сделки (ст. 397 ГК РФ).  В англо-американском праве кредитор даже обязан заключить на этот случай сделку покрытия: здесь действует общее правило о том, что сторона в договоре обязана принять «разумные меры» к уменьшению потерь, проистекающих от нарушения договорных обязанностей другой стороной.

Таким образом, деньги имеют обязательственную правовую природу независимо от наличия (либо отсутствия) материально-телесной субстанции[9]. А валюта, напротив, проявляет двойственность правовой сущности. В валютных сделках она ведёт себя как товар, независимо от своего физического состояния. Исполняя экономическую роль средства международного обмена, она  превращается в деньги.  Следовательно, мы можем сделать два существенных вывода, непосредственно основанных на законе:

  • «Вещные» свойства валюты, как и денег,  связаны не с их физической  материализацией, а с функцией, которую эти правовые объекты исполняют в гражданском обороте.
  • Деньги, с правовой точки зрения, не являются понятием, идентичным валюте.   Отличие между ними имеет функциональный характер: деньги исполняют роль всеобщего орудия обмена, которая обусловлена доверием к ним участников гражданского оборота. Государство может легитимировать  такое орудие обращения в качестве законного платёжного средства на своей территории. Валюта, напротив не имеет законной легитимации в качестве платёжного средства. Поэтому её приобретают как товар, имеющий высокую ликвидность. Тем не менее, государство не может постоянно навязывать платёжную силу какому-либо предмету, когда гражданский оборот отказывается пользоваться этим предметом для заключения новых сделок. Тогда иностранная валюта может фактически приобретать функции денег, даже если этот процесс нежелателен для государства и преследуется с помощью установления мер публичного принуждения. Так в 90-е годы в России сложилась практика выплаты заработной платы «в конвертах» в иностранных денежных знаках, расчёты между резидентами, осуществляющими накопления или выезжающими за рубеж, также осуществлялись в валюте, несмотря на государственный запрет[10].  

 Выводы

Для эффективного правового регулирования рассмотренного нами правового комплекса необходимо  выработать единообразную терминологию, основанную на функциональных свойствах денег, валюты и денежной системы. В частности, поскольку товарные (вещные)  свойства являются определяющим признаком валюты, а с ценными бумагами она образует единый правовой институт валютных ценностей, в ст. 128 ГК РФ необходимо понятие «деньги» заменить более корректным «валюта». В названии  ст.140 ГК РФ убрать термин «валюта», взятый в скобки, поскольку только «деньги» являются законным платёжным средством. Часть 2 ст.140 ГК РФ вообще следует изъять, поскольку она просто дублирует положения ст. 141 ГК РФ, так как согласно ст.1 ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле», иностранная валюта является одним из видов валютных ценностей.    Кроме того, в Законе «О валютном регулировании и валютном контроле» установлены правила совершения валютных операций. Целесообразно указать, что к валютным переводам, направленным на погашение обязательств, применимы обязательственные нормы гражданского законодательства (раздел III ГК РФ). Иные валютные операции являются сделками купли-продажи иностранной валюты как товара, поэтому на них  распространяются отдельные положения раздела  II ГК РФ. В ФЗ «О Банке России» необходимо закрепить понятие денежная система и её составные элементы с позиции правовой и экономической теории денег.

 

[1] Эльяссон Л.С. Закон и банковые операции. М., 1926, с.19.

[2] Агарков М.М. Проблема законодательного регулирования банковских операций. М., Финансовое издательство. 1926, с.4-5.

[3] Цитируется по Лунцу Л.А. (см. ниже) с.57-58.

[4] Серебро твёрже золота и меньше способно к истиранию. Поэтому при длительном использовании гравировка и чеканка на нём сохраняется лучше, а подделать такую монету труднее. Золото по внешним характеристикам  похоже на латунь. И отличить их можно при «экспресс-анализе» только «на зуб»: золото высокой пробы продавливается. Прим. авт.

[5] Сегодня таким товаром может быть только энергетическая единица, поскольку энергия является единственным товаром, мировой спрос на который постоянно растёт, а производство ограничено.

[6] Лунц Л.А. Деньги и денежные обязательства в гражданском праве. – М.: Статут, 1999, с.291-292.

[7]  Лунц Л.А. Деньги и денежные обязательства в гражданском праве. – М.: Статут, 1999, с.29

[8] там же с.158.

[9] И.А. Никулина Правовое регулирование денег и их роль в финансовой системе государства.  Юридическая работа в кредитной организации. №4/ 2005, с.28.

[10] Устранить эти явления можно только действительным укреплением покупательной способности рубля, но не административно-репрессивными мерами. Прим. авт.