Михаил Абрамов
2
All posts from Михаил Абрамов
Михаил Абрамов in Промышленная политика,

Российская экономика и «заморские портные»

«Русь! Куда несешься ты? Дай ответ. Не дает ответа»

Н.В. Гоголь, «Мертвые души»

Согласно Толковому словарю, экономика (от др.-греч. οἰκονομία, буквально — «искусство ведения домашнего хозяйства») – совокупность общественных наук, изучающих производство, распределение и потребление товаров и услуг.

Есть и другие определения экономики, но на первом месте всегда производство товаров и услуг, т.е. того самого «простого продукта», о котором говорили Адам Смит и А.С. Пушкин.

Наши экономисты – и в науке, и в правительстве, и в оппозиции (и в системной, и в несистемной) – до простого продукта не опускаются. Их интересуют общие идеи, направления и принципы. В детали они не вникают. Одни говорят надо делать то, другие – это. А как сделать, чтобы «то» или «это» было делать выгодно, и те, и другие не знают и знать не хотят – им это настолько не интересно, что конкретные предложения со стороны (например, наши) они в упор не видят и не слышат.

В результате в России создана экономика, в которой производству почти нет места. Есть банки, биржи, курсы акций и валют, фьючерсы, эмиссии, деривативы, свопы, и многое другое, имеющее к производству лишь косвенное отношение. В этой экономике, чем больше потратил, тем больше ВВП и тем большепроизводительность труда; выгодней купить за рубежом, чем сделать самому. Именно этим можно объяснить тот факт, что за годы реформ было уничтожено больше заводов и фабрик, чем за годы Великой Отечественной войны. Промышленность постепенно сходит на нет. По данным Минпромторга, доля продукции российских предприятий в стратегических отраслях (станкостроении, тяжелом машиностроении, легкой, радиоэлектронной, медицинской и фармацевтической промышленности) на нашем рынке в 2014 году составила от 20 до 10%, а от 80 до 90% составил импорт.

Если считать «дном» полное прекращение производства, то мы идем к нему семимильными шагами. Производство многих видов продукции сократилось в десятки раз по сравнению с советским временем. Например, в 2015 году производство ткацких станков, экскаваторов, бытовых пылесосов, шерстяных тканей, согласно Росстату, составило от 0,23% до 1,9% относительно уровня 1990 года, а производство тракторов, металлорежущих станков, часов всех видов, кузнечно-прессовых машин, мотоциклов – от 3,0% до 4,8%. С другими видами продукции дела ненамного лучше.

Можно ли называть министерство, ответственное за эти результаты, министерством экономического развития? Более верное для него название – министерство разрушения российской экономики. То, что происходит последние 25 лет, никак нельзя назвать развитием. И никто не несет за это ответственности. Между тем, ответственность должны нести и экономический блок правительства, и обеспечивающие его теоретическими обоснованиями институты – прежде всего, Высшая школа экономики, Академия народного хозяйства и государственной службы, Институт экономической политики им. Е.Т. Гайдара и др. Лучше никакой теории, чем теории, ведущие в пропасть.

Руководители экономического блока правительства и обслуживающие его ученые напоминают заморских портных из сказки Андерсена «Новый наряд короля». Они ловко убеждают президента: «дела в экономике налаживаются, «дно» мы уже прошли, дальше неминуем экономический рост. А не видеть это может только дурак или тот, кто не соответствует занимаемой должности». И все должностные лица и «послушный им народ», одурманенный телевизором, с энтузиазмом, хотя и с опаской, следуют заданным курсом. К сожалению, в России мало сказочных мальчиков, которые могут сказать вслух очевидное. А если кто-то и скажет, то его мало кто услышит, и мало кто ему поверит.

Еще одна проблема в том, что справедливость идей многих «мальчиков», критикующих экономическую политику правительства, далеко не очевидна – от реальной экономики они далеки. Критика, возможно, и справедлива, но рецепты сомнительны. К тому же, многие из них уже пробовали свои силы в 90-е годы. К 1996 году неэффективность их действий стала настолько очевидной, что на тогдашних выборах президента им пришлось использовать то, против чего они выступают сегодня.

Итоги последнего двадцатипятилетия плачевны. Причин много. Но главная причина в том, что экономикой у нас управляют люди, в ней не разбирающиеся, но руководствующиеся догмами и корыстными интересами.

История не знает сослагательного наклонения. Но пример Китая показывает возможность получения совсем других результатов. Старт России и Китая был примерно одинаков – и у них, и у нас господствовала коммунистическая идеология и буксовала экономика. Но в Китае к власти пришли люди, которые руководствовались здравым смыслом и интересами своей страны. Дело – первично, идеология – вторична. Как говорил лидер Китая Дэн Сяо-пин, не важно, какого цвета кошка, лишь бы она ловила мышей.

В 1992 году ВВП Китая был ниже, чем ВВП России, и существенно ниже, чем ВВП США, а в 2014 Китай превзошел по ВВП США на 4,3% и Россию в 5 раз. А если сравнивать рост номинального ВВП России и Китая в 2015 году по сравнению с 2014 годом, можно заметить у нас падение 40,7%, а у них – рост 6,9%.

Теперь остро как никогда стоит вопрос: что произойдет раньше – коренное изменение экономического курса или развал России.

По мнению многих экспертов, главной причиной неудач является то, что модернизацию экономики не с того начали: необходимы радикальные институциональные преобразования, в том числе «полноценная политическая демократизация».

Это – не совсем так. Исследования ЦЭМИ РАН показывают[1], что ни одной бедной стране (т.е. с бедным населением) не удалось обеспечить экономический рост и одновременно построить демократическое общество.

Нужны разумные законы, регламентирующие отношения в экономике, и власть, обеспечивающая их неуклонное исполнение. По этому пути шли оккупированные Германия и Япония, коммунистический Китай, диктаторские режимы Южной Кореи, Сингапура, Малайзии, Чили и др. По мере экономического роста строились и демократические институты.

России нужен просвещенный диктатор. Им может стать и В.В. Путин, если он перестанет опираться на мнения «заморских портных».

России срочно нужна разумная программа экономического роста. Чтобы такую программу иметь, необходимо изменить подход к ее разработке.

Сегодня на экономические исследования расходуются десятки миллиардов рублей. Например, директор ВШЭ Я.И. Кузьминов сообщил, что бюджет его института в 2012 году составил около 12 млрд. руб. Сколько расходуют другие научные экономические центры, мы не знаем. Но таких центров очень много – экономические институты РАН, учебные институты, Центры, подобные нашему ЭАЦ «Модернизации» и т.д. Одна РАНХиГС чего стоит! Между тем, расходы бюджета на экономические исследования можно существенно сократить и сделать их полезными для России.

Мы предлагаем создать Фонд экономических исследований, а для управления этим Фондом – институт, весь штат которого (по американскому образцу) составляют директор-администратор и девушка-секретарь. А конкретные исследования и разработки для института будут выполнять ученые (которые в помощь себе могут набирать временные коллективы или рабочие группы, с оплатой их работы за счет Фонда), с которыми будут заключаться контракты именно для выполнения каждой конкретной работы. И такая система личной ответственности должна заменить системы нынешних конкурсов, при которых формально всё правильно, деньги истрачены, но результата нет. И никто за это не отвечает. Пример – «Стратегия 2020». А разработку новой Программы можно поручить двум коллективам – пусть соревнуются и пусть будет принята лучшая. В этом случае вероятность принятия неверных решений будет существенно меньше.

А для государства будет большая экономия средств, поскольку не придется расходовать миллиарды на «экономические исследования и разработки», которые для нашей экономики и для людей, управляющих ею, в лучшем случае, бесполезны, а в худшем – просто вредны.

По мнению Г.О. Грефа[2], «чтобы успешно провести реформы, сначала нужно реформировать саму систему управления, иначе все закончится ничем; надо начать строительство с фундамента».

С Грефом спорить трудно. Он прав. В управлении экономикой царит бестолковщина. В России все основные решения принимает президент. Готовит Решения Администрация Президента численностью около 3 тыс. чел. Правительство самостоятельных решений не принимает, но играет роль «мальчиков для битья». По сути, правительство не нужно. Но если его убрать, вся вина за отрицательные результаты ляжет на президента и его администрацию, что недопустимо. Поэтому каждое министерство строит планы, разрабатывает Федеральные целевые программы (ФЦП), пишет «Дорожные карты». И не несет за их невыполнение никакой ответственности. В крайнем случае, виноват Обама или кто-то еще. А в большинстве случаев виноватых нет или мы о них не знаем. Например, за невыполнение созданной в 2002 году ФЦП «Развитие гражданской авиации», согласно которой в 2015 году должны были построить 1800 самолетов, наказание никто не понес.

Но, предположим, порядок в управлении навели. Что же надо делать в первую очередь? Кое-какие рецепты уже готовы использованию.

Главным звеном, за которое можно вытащить всю цепь следует считать налоговую систему. Именно от ее качества зависит бюджет, уровень коррупции, покупательский спрос, социальный мир.

Вышеприведенные итоги реформ обусловлены, в первую очередь, никуда не годной системой налогообложения.

Российская налоговая система противоречит требованиям науки, мировому опыту и интересам России, а Налоговый Кодекс требует коренной переработки. Именно существующая налоговая система является главным тормозом экономического развития нашей страны, причиной разрушения российской промышленности и крайне высокого социального расслоения населения.

Это убедительно показано в следующих работах ЭАЦ «Модернизация»:

«Налоговая доктрина. Пути совершенствования налоговой системы Российской Федерации»[3] (2011, рук. авт. колл. д.э.н., Государственный советник налоговой службы II ранга В.А. Кашин);

«Модернизация подоходного налога и снижение социального неравенства»[4] (2011, рук. авт. колл., д.э.н., директор Института социально-экономических проблем народонаселения РАН А.Ю. Шевяков);

«Модернизация России: проблемы и пути их решения» (2012, рук. авт. колл., доктор физ.-мат. наук, академик РАН Р.И. Нигматулин)[5].

«Администрирование внешнеторговых грузопотоков» (2013, рук. авт. колл. чл.-корр. РАН В.А. Цветков)[6].

Вот лишь несколько фактов, доказывающих полную непригодность нашей налоговой системы для экономического развития. При этом под налогами мы, согласно общепринятому определению, мы понимаем все, что государство изымает принудительно и безвозмездно с граждан и организаций – собственно налоги, таможенные пошлины, акцизы, социальные и прочие сборы и т.д.

1.В России производить не выгодно даже по сравнению с развитыми странами. Мы об этом говорим давно. Теперь это утверждают и авторы доклада «Экономика роста», разработанного экспертами Столыпинского клуба под руководством С. Глазьева и Б. Титова.

Например, находящийся в г. Виннипеге (Канада) и принадлежащий российским собственникам тракторный завод в 2012 году имел прибыль $16,4 млн. На вопрос В. Путина, почему завод не переводят в Россию, президент «Росагромаша» К. Бабкин подготовил справку с расчетами. В России завод работать не сможет, т.к. его убыток составит, $21,7 млн. В Канаде в 2012 году завод заплатил в виде налогов $47,9 млн., в России он должен был бы заплатить $74 млн., т.е. на $26,1 млн. больше. На заводе в Канаде работают 14 бухгалтеров, в России для такого завода нужно 65 бухгалтеров. К тому же кредиты в Канаде 3,2%, электроэнергия вдвое дешевле, чем России и т.д.

Аналогичная ситуация при сравнении условий работы в России и США. В США нет НДС и налога на имущество, социальные сборы – 13,3%. Прогрессивная шкала НДФЛ – от 10% до 39,6%; годовой доход до $8500 подоходным налогом не облагается. Расходы до $2 млн. в год на приобретение оборудования сразу списываются на производство (амортизационная премия – 100%). В США прогрессивная шкала налога на прибыль предприятий – от 15% до 38%. Общий принцип в США: бедным гражданам и предприятиям дают возможность «подняться», а потом разумно «стригут». Половина граждан США освобождена от уплаты налогов. Сравнение налоговой нагрузки на малое производственное предприятие показало, что в США эта нагрузка в 3-5 раз меньше чем в России.

В России могут работать лишь те предприятия, которые не имеют ограничений в цене продукции (т.е. им не приходится конкурировать c импортом и контрафактом) или уклоняются от уплаты налогов. В невыгодное производство никто инвестировать не будет. Это подтверждается тем, что, как сказано выше, в 2014 году на российском рынке от 80% до 90% продукции стратегических отраслей составлял импорт.

2.Налоговое бремя на производственные предприятия в России слишком высоко при том, что реальная собираемость налогов не превышает 50%.

Например, в 2013 году был собран НДФЛ в сумме 2,26 трлн. руб., что при определенной Минфином эффективной ставке НДФЛ 10,79% соответствует доходу населения 21 трлн. руб. А потребительские расходы, которые удалось посчитать, в том же году составили 48 трлн. руб. Т.е. собираемость НДФЛ меньше 50%. Соответственно не добрали и социальные взносы, т.к. и их налоговой базой являются доходы физических лиц. Создание механизма выявления реальных доходов налогоплательщиков позволило бы снизить ставку социальных сборов с 30% до 15-20%, что послужило бы стимулом для развития производства, увеличения прибыли предприятий и одновременно дало бы бюджетам и фондам дополнительные доходы.

Другой пример. За продукцию, произведенную и реализованную в России, в 2013 году был собран НДС в сумме 1,8 трлн. руб., что соответствует налоговой базе 11 трлн. руб., а добавленная стоимость продукции, подлежащей обложению НДС, согласно Росстату, составила в том же году 35 трлн. руб. Т.е. собираемость НДС не превышает 30%. А Минфин сообщает о собираемости НДС 94%.

Народ от уплаты налогов успешно уклоняется. Но одни уклоняются, чтобы выжить, а другие из принципа: зачем платить, если можно не платить. Заметим, что повышение собираемости налогов при существующей системе налогообложения приведет к массовому разорению предприятий. И этот процесс уже начался – ФНС начинает «закручивать гайки». Одновременно растет число банкротств предприятий.

3.Главное условие развития экономики – наличие покупательского спроса.

В 2015 году покупательский спрос упал на 10%. А если нет спроса, не будет и производства. Чтобы повысить спрос, надо повысить доходы бедной части населения. В России сумма доходов 5% населения соизмерима с суммой доходов остальных 95%. Во всем мире эта проблема решается одним способом – совершенствованием подоходного налогообложения и, в частности, введением прогрессивной шкалы подоходного налога. Прогрессивная шкала есть во всех странах G20, ОЭСР, БРИКС и т.д.

Для преодоления «Великой депрессии» президент США Ф. Рузвельт в 1934 году ввел максимальную ставку подоходного налога, равную 75%. И богатые конгрессмены его поддержали, т.к. в противном случае боялись потерять голову. В дальнейшем ставка доходила до 91%. Сегодня в США максимальная ставка 39,6% с годового дохода свыше $400 тыс.

Уже много лет ввести прогрессивную шкалу подоходного налога предлагают некоторые оппозиционеры. Их главный аргумент – обеспечить справедливость. Но справедливость – понятие растяжимое. Кто-то скажет, почему с заработанного рубля он должен платить, например, 40 коп., а его бестолковый сосед только 13 коп. И такой аргумент кажется неопровержимым. В одном из выступлений В.В. Путин сказал, что нашей «плоской» шкале многие на Западе завидуют. И это – так. Но здесь дело не в справедливости, а в экономической целесообразности. Прогрессивное подоходное налогообложение – обязательное условие экономического развития.

Расчеты Института социально-экономических проблем народонаселения РАН показывают, что если бы в нашей стране была среднеевропейская прогрессивная шкала, то ВВП России был бы на 30-50 процентов выше, чем в реальности.[7]

Объяснение – очень простое. Если у большинства населения нет денег, то нет покупательского спроса, нет развития и ВВП не растет. А богатые хранят свои средства за рубежом и тратят их там же на недвижимость и предметы роскоши (яхты, футбольные клубы и др.) или вкладывают в предприятия, что также не способствует российскому производству и росту ВВП.

В России существует миф, что введение «плоской» шкалы повысило собираемость НДФЛ и заставило предпринимателей выйти из «тени». Это – не так. Независимые друг от друга исследования Счетной Палаты РФ[8] и «Центра уровня жизни»[9] в 2004-2006 годах показали, что введение в 2001 году «плоской» шкалы не решило ни одной задачи, которые при этом ставились. Другой миф – от введения прогрессивной шкалы пострадает средний класс. Но ведь это зависит от шкалы. Можно сделать такую шкалу, что эффективная ставка подоходного налога для среднего класса не превысит 13%. Сегодня это доход около 250 тыс. руб. в месяц. И получает его не более 10% населения.

Таким образом, кроме корыстных соображений и некомпетентности, никаких других препятствий для введения в России прогрессивной шкалы сегодня нет. Более того, если сегодня максимальную ставку можно ограничить 40-50%, например, с годового дохода свыше 12 млн руб., то через некоторое время нам не поможет и 75%, который был в США.

4.Есть русская пословица «глупо быть у ручья и не напиться». И всем ясно, о чем

идет речь. Но когда большая часть ручья идет «мимо кассы», а государству (т.е. нам) остается меньшая половина, этого терпеть нельзя. Примерно так происходит при российском экспорте и импорте. В работе[10], выполненной нашим Центром в 2013 г. по заданию Комитета Государственной Думы по транспорту, выявлены огромные экономические потери, которые несет Россия при экспорте и импорте. «Мимо кассы» уходит примерно половина нашего экспорта и импорта. Как установила «Рабочая группа высокого уровня», созданная в 2015 году по указанию Д.А. Медведева при Государственной Думе, только таможенные потери государства в 2013 году составили около 2,5 трлн. руб. Результаты работы Рабочей группы отразил Президент в своем Послании Федеральному собранию 3 декабря 2015 г.

Мы точно знаем что и как надо делать. И можем объяснить и доказать это любому, кто захочет что-то изменить в нашей стране в лучшую сторону. Пока мы таких не нашли. А из Правительства на все наши предложения мы получаем формальные отписки. Они не хотят даже обсуждать предложения, реализация которых, например, по нашим расчетам, могла бы удвоить Федеральный бюджет и дать импульс развитию производства. И высший уровень квалификации и регалии наших специалистов для правительства не имеют значения. Они сами с усами, и у них уже все есть. И кроме В.В. Путина, никому ничего не надо! А к нему доступа нет – между ним и народом (и нами, в том числе) непробиваемая стена из «заморских портных».

Но мы не теряем надежды. Экономическая ситуация в России становится хуже с каждым днем. Глядишь, и наши наработки будут востребованы. А конкурентов у нас нет – комплекса мер, аналогичных нашим, в опубликованных источниках мы пока не встречали. И реализовывать наши рекомендации надо с нашим участием. Если реализацию наших рекомендации поручить тем, кто всегда против них возражал, успех маловероятен.


[1] В.М. Полтерович. «Искусство реформ», М., 2006, http://polit.ru/article/2006/06/26/polterovich/)

[2] Выступление О.Г. Грефа на пленарной сессии форума Московской биржи 02.04.2015.

[3]http://www.modern-rf.ru/netcat_files/93/47/h_3df0254cbd59c7ef9ef95c69da0d645e

[4]http://www.modern-rf.ru/netcat_files/93/47/h_5acd066f6ef9a0c334af3a3ab8e70c10

[5]http://www.modern-rf.ru/netcat_files/93/47/h_815b90ff7cd234ff50be45c967528448

[6]http://www.modern-rf.ru/netcat_files/93/47/18.10.13_A5_Administrirovanie_vneshnetorgovyh_gruzopotokov_0.pdf

[7] А.Ю. Шевяков, А.Я. Кирута, Неравенство, экономический рост и демография: неисследованные взаимосвязи, ИСЭПН РАН, М., 2009

[8] Аналитическая записка о проблемах налогового, таможенного и бюджетного законодательства РФ и предложениях по его совершенствованию,Бюллетень Счетной палаты РФ, № 8 (80)/2004

[9] Налогообложение семейного дохода на основе потребительских бюджетов, Всероссийский Центр уровня жизни, 2006

[10] «Администрирование внешнеторговых грузопотоков», руководитель авторского коллектива чл.-корр. РАН, д.э.н. В.А. Цветков, ЭАЦ «Модернизация», М., 2013