Никита Петров
9
All posts from Никита Петров
Никита Петров in Биржевые старости - ретроблог,

​Гуру одной сделки

В последнее время у нас стало модно разоблачать финансовых гуру, требуя у них «показать свой стейтмент». Подразумевается, что ты можешь учить других только в том случае, если успешно торгуешь на себя. Я, пожалуй, согласен с таким подходом, но есть и исключения. Например, легендарный Питер Линч для себя совершил всего одну сделку, хотя и очень удачную. Всю остальную жизнь он управлял чужими деньгами, чем, собственно, и прославился. Подробнее об этом – в старости из «Коммерсанта» от 2002 года «Кругосветка Питера Линча».

Питер Линч заключил на фондовом рынке всего одну сделку для себя, но ее вполне хватило ему для успешной карьеры. Один из самых молодых управляющих паевыми фондами стал и самым удачливым. Его успехи способствовали расцвету индустрии ПИФов США и процветанию компании Fidelity.

Игра в два удара

Питер Линч родился в 1944 году. В 50-е, годы юношества Питера, экономика Америки стремительно росла. Впечатляющий рост демонстрировал и фондовый рынок. После окончания второй мировой войны люди только и говорили о новых возможностях для инвестиций и благоприятной ситуации в экономике.

Еще школьником Линч устроился на работу в гольф-клуб — носил за игроками их баулы с клюшками и мячами. Гольф-клубы всегда входили в разряд элитных заведений, и играли там, понятное дело, богатые люди, в том числе крупные биржевики и высшие менеджеры, управлявшие компаниями. Для многих из них торговля акциями была их жизнью, и им всегда было что обсудить с партнерами. А Питер становился невольным, но внимательным слушателем. Разговоры чертовски важных людей производили сильное впечатление на молодого человека.

Помаленьку Питер стал отслеживать движения цен акций. Он наблюдал за ними из недели в неделю, из месяца в месяц. Смысл в этом он видел, но собственных денег для выхода на фондовый рынок у него не было: подносчиком клюшек много не заработаешь. И он даже не предполагал, что из всего этого может получиться.

После окончания школы встал вопрос о продолжении образования. В Бостонском колледже, где хотел учиться Питер, взнос при поступлении составлял $1 тыс. На работе ему выделили своеобразную стипендию — $300 на поступление, остальное он добавил из своих сбережений.

Между тем Питер продолжал работать в клубе и, следовательно, имел возможность — да и был ли другой выход? — не только учиться, но и зарабатывать себе на жизнь. А вся атмосфера финансового истеблишмента толкала его к фондовому рынку. И однажды он решился.

Это решение не было спонтанным. Оно стало плодом многодневных раздумий и наблюдений. В эпоху бурного развития аэрокосмической отрасли неудивительно, что Питер внимательно следил за авиакомпаниями и их деятельностью и всегда их рассматривал сквозь призму фондового рынка. В результате выбор Питера пал на небольшую авиакомпанию Flying Tiger, занимавшуюся перевозками крупногабаритных грузов. Незадолго до этого она приобрела несколько новых грузовых самолетов, которые могли выдвинуть ее в лидеры рынка. И Питер рискнул. В начале 1964 года он вложил $1 тыс. в акции этой компании. Акции неожиданно быстро пошли в рост. Но связано это было прежде всего с началом войны во Вьетнаме: правительству США требовались самолеты для переброски большого объема грузов через Тихий океан. И позиции Flying Tiger, как раз специализировавшейся на этом регионе, крепли день ото дня.

Питер не стал дожидаться окончания войны и в конце года продал свои акции. Но за это время они уже выросли в цене в 10 раз. Очень неплохо для новичка, рискнувшего всеми своими сбережениями. Теперь учебу Питер мог оплачивать не напрягаясь. На ней он и сосредоточился. Вспоминая то время, Линч говорит, что удачливому человеку не нужно много везения в жизни, иногда достаточно и одного раза.

Заработанные деньги позволили Питеру поступить в престижную бизнес-школу Wharton School of Finance. В свои 22 года он стал подумывать о серьезной работе, непременно связанной с акциями. По окончании школы в 1966 году Питер в числе 75 выпускников отправился на летнюю стажировку в инвестиционную компанию Fidelity. Все они претендовали на три вакансии, но только Питер мог особенно не волноваться. Он знал президента компании восемь лет, так как именно столько времени подносил ему клюшки для гольфа. Стоит ли говорить, что первое и последнее в жизни Питера Линча интервью при приеме на работу прошло более чем удачно.

В плавании по фондовому рынку

В Fidelity Питер начал работать как аналитик. Специализировался он на текстиле и металлах. Его стартовая зарплата составила $16 тыс., через год она выросла до $17 тыс. Это были приличные деньги для молодого специалиста. Через восемь лет, в 1974 году, Питер стал директором аналитического департамента компании.

В 1977 году его карьера резко изменилась — руководство Fidelity предложило ему занять пост управляющего взаимным фондом Magellan. Тогда это был ничем не примечательный фонд. Появился он в 1963 году и предназначался для инвестиций в экономику других стран. Отсюда и название в честь руководителя первой кругосветной экспедиции. Планировалось, что фонд будет использовать для инвестиций средства самой Fidelity. Но сразу после начала работы Magellan в США поменялись правила игры — появились огромные налоги на подобного рода инвестиции, и первоначальная стратегия развития оказалась бессмысленной. Фонд решили сделать публичным и отдали его в управление Питеру Линчу. Тогда, 25 лет назад, в фонде Magellan было всего $20 млн, и мало кто мог предположить, что через четверть века он станет крупнейшим в мире среди паевых фондов. Немалая, если не решающая заслуга в этом принадлежит Линчу.

Впрочем, и второе рождение фонда (уже в публичном статусе) было крайне несвоевременным. Именно с 1977 года и вплоть до 1982-го фондовый рынок США находился в застое. В это время Америка пережила две рецессии, и стоимость акций плавно дрейфовала вниз. К тому же индустрия паевых фондов находилась в зачаточном состоянии, а на слабом рынке достигнуть высоких результатов было почти невозможно.

Но здесь вовсю проявился талант Питера Линча. Из года в год он добивался высочайшей доходности для своих вкладчиков и в результате создал не только имя своему фонду, но и поднял на недосягаемую высоту свое собственное.

Секрет успеха Линча заключается в его феноменальной работоспособности. Он считал, что если изучить 20 компаний, то обязательно найдется одна с хорошими перспективами, а если изучить сто компаний, то в портфель можно включить уже пять. Сам Линч подверг мониторингу 1500 компаний, причем весь персонал аналитиков фонда состоял из него самого и двух его помощников. Одной из первых компаний, акции которой приобрел Линч, была Taco Bell, ныне одна из крупнейших в мире ресторанных сетей.

К 1982 году Magellan имел лучшую пятилетнюю доходность среди паевых фондов. В 1983 году он опять стал лидером, а его активы перевалили за $1 млрд.

Фонд и его управляющего все чаще стали упоминать в газетах и на телевидении. Из скромного аналитика Линч превратился в одного из воротил Wall Street. С 1983 года на фондовом рынке начались "бычьи" времена, и деньги рекой потекли в фонд Линча. Причем миллионеров в нем было немного, большая часть активов образовывалась из взносов по $5-10 тыс.

Популярность Линча росла. Его фонд приносил доход в десятки процентов, при этом ни одного проигрышного года у фонда не было. Линча даже встречали в аэропортах как звезду — люди благодарили его за то, что, вложив деньги в Magellan, они смогли дать образование детям или купить дом.

О том, что его фонд по-настоящему популярен, Линч узнал от своей жены. Однажды она смотрела одно из многочисленных ток-шоу, и на вопрос "Какой фонд назван в честь исследователя?" все присутствовавшие в зале ответили правильно. По воспоминаниям Линча, в 80-е в The Wall Street Journal не было ни одного штатного корреспондента, занимающегося паевыми инвестиционными фондами. Через 10 лет их было уже трое.

1986-1987 годы для паевых фондов были временем небывалого расцвета. Но в октябре, как известно, случился знаменитый спекулятивный обвал фондового рынка. Индекс Dow Jones провалился на 1000 пунктов. Но и этот провал Линч пережил с честью. За четыре дня до "черного понедельника" он взял первый отпуск за восемь лет и отправился с женой в Ирландию. В четверг последовало снижение индекса на 50 пунктов, в пятницу — на 150, но Линч решил не возвращаться: раз уж они уехали, то выходные можно провести и в Ирландии, ведь биржа закрыта. В понедельник индекс Dow Jones упал на 500 пунктов, и управляющему пришлось вернуться. Хотя Линч сделал это исключительно из соображений корректности, помочь фонду он мало чем мог. Но портфель был составлен весьма грамотно, и даже этот катастрофический для многих инвесторов год фонд Magellan, как обычно, закончил с прибылью.

31 мая 1990 года, ровно 13 лет спустя, Линч покинул Magellan и вообще инвестиционный бизнес. За 13 лет $1 тыс., вложенная в фонд, принесла бы своему владельцу $28 тыс. Активы фонда составили $14 млрд. В настоящее время они уже превышают $50 млрд, и Magellan по-прежнему крупнейший по активам взаимный фонд. Тем не менее относительная доходность фонда далека от времен Линча. За 13 лет работы средняя доходность Линча составила 29% в год — абсолютный мировой рекорд.

Секреты молодого пенсионера

В 43 года Линч ушел на пенсию. Сейчас он живет в роскошном доме со своей семьей. Для многих его ранний уход стал большим сюрпризом — более умелого управляющего фондом Америка не знает и по сей день. На пенсии Линч занялся написанием мемуаров и обучением искусству инвестирования трейдинга. Пара его книжек стали бестселлерами.

Линч считает, что любой индивидуальный инвестор потенциально способен на большее, чем любой фонд. Ведь в исследованиях его никто не ограничивает, нет необходимости строить сбалансированный портфель и подчиняться кому-либо. Линч советует концентрироваться на том, что хорошо понятно конкретному человеку. Если инвестор обожает машины, то среди автомобилестроителей ему легче найти фаворита. При этом желательно концентрироваться на небольших компаниях с потенциалом многократного роста. Впрочем, следует избегать высоковолатильных акций: с ними очень трудно угадать правильный момент для сделки.

Самым плохим объектом для инвестиций Линч считает деньги. Уж лучше все вложить в акции, так как даже на падающем рынке найдется парочка хороших кандидатов, не говоря уж о том, что частному инвестору легче играть на понижение.

Естественно, все это относится к инвестиционному типу игры, ведь такой была специфика работы Линча. Лучше всего, по его мнению, вложиться в акции, которые будут стабильно расти на протяжении нескольких лет. В этом случае доходность приближается к уровню хороших спекулянтов при меньшем риске.

Однако сам Линч в этих играх уже не участвует. Судя по всему, в торговле его интересовали прежде всего деньги, и, скопив их в достаточном количестве, он просто ушел на досрочную пенсию. Этим он до сих пор вызывает недоумение горячих голов с Wall Street. Удачливому финансисту по определению, как считают эти люди, не полагается покидать стол молодым, не проигравшись в пух и прах, как и заядлому картежнику.