Никита Петров
11
All posts from Никита Петров
Никита Петров in Биржевые старости - ретроблог,

Финансисты-аферисты: их Мавроди

Вот уже, наверное, про сотню всяких мошенников написал, а классиков до сих пор охватил слабо. Например, про Мавроди вообще не писал – слишком широкая тема. Но сегодня вот не выдержал и решил написать про одного из наиболее известных его американских коллег - Бернарда Мэдоффа. Фактуру традиционно скопипастил. В очередной раз, из «Коммерсанта» (правильное СМИ, про интересных людей пишет). Оригинальная статья была опубликована в 2009 году под заголовком «Жертва американской мечты N 61727054». Кстати, американский аферист получил в итоге срок в 150 лет. Наш, по этим меркам, отделался легким испугом.

Сообщение о том, что Бернард Мэдофф — мошенник, создатель финансовой пирамиды, которая за время своего долгого существования привлекла огромную сумму — $50 млрд, повергло Америку в шок. Это как если бы вдруг оказалось, что некая всеми любимая певица всегда пела под фонограмму чужим голосом. Или если бы открылось, что уважаемый ученый, академик, лауреат Ленинских и Государственных премий регулярно бесстыдно перепечатывал под собственным именем работы своих учеников, не потрудившись изменить в них ни слова. С середины 1960-х годов имя Мэдоффа было синонимом скрупулезной честности и благородства, новаторства и, разумеется, успеха. Именно это помогало ему десятилетиями обманывать своих клиентов. Ирония же заключается в том, что репутацию честного, благородного новатора он получил вполне заслуженно. А создать масштабную схему обмана всех — от собственных детей до американского правительства — Мэдоффа заставили непомерная вера окружающих в его способности и, разумеется, гордыня.

Мальчик из хорошей школы

Бернард Лоуренс Мэдофф родился 29 апреля 1938 года в простой семье в нью-йоркском Лорелтоне (район Квинс), где тогда предпочитали селиться представители еврейского среднего класса. Его родители — Ральф и Сильвия Мэдофф занимались бизнесом. Сейчас уже никто не знает каким. Сам Бернард о родителях не рассказывал, а друзей детства у него почти не осталось. Правда, кто-то из его одноклассников однажды заметил, что Ральф Мэдофф был "кем-то вроде брокера", а уже сейчас журнал Fortune сообщил, что на Сильвию Мэдофф была зарегистрирована брокерская контора Gibraltar Securities, адрес которой совпадал с адресом, по которому проживали Мэдоффы. Комиссия по биржам и ценным бумагам США закрыла контору из-за проблем с отчетностью.

Впрочем, сам Бернард в делах родительской фирмы никакого участия не принимал. Он учился. Благо государственная школа — Far Rockaway High School — была на редкость хорошей. Среди ее выпускников три лауреата Нобелевской премии (по медицине и физике), еще с полдесятка ученых с мировым именем, несколько известных спортсменов, конгрессмен, видные журналисты и, наконец, два известнейших во всем мире бизнесмена — Карл Айкен и, разумеется, сам Бернард Мэдофф.

Учился он, как свидетельствуют документы из школьного архива, очень хорошо. В 1956 году, по окончании школы, он поступил в Университет Алабамы, а затем перевелся в один из частных нью-йоркских университетов, где и получил диплом политолога. Мэдофф попытался было продолжить образование в Бруклинской высшей юридической школе, однако бросил учебу через год. Ему хотелось работать и зарабатывать.

Новатор

Свое дело Бернард Мэдофф открыл в 1960 году. В собственную компанию, в которой кроме него работала, как говорят, и его жена Рут, Мэдофф вложил все свои сбережения — $5 тыс., которые скопил, работая спасателем на пляже и занимаясь установкой поливочного оборудования в садах более успешных (на тот момент) ньюйоркцев. Мэдофф был одним из сотен, если не тысяч брокеров, занимавшихся так называемыми грошовыми акциями — акциями мелких или только что созданных компаний, стоившими менее $5 и торговавшимися не на бирже, а на внебиржевом рынке. Дело было не слишком прибыльным, но позволяло Мэдоффам жить вполне пристойно. Как вспоминают сейчас его тогдашние знакомые, новых клиентов Мэдоффу поставлял его тесть, бухгалтер. Постепенно клиентура расширялась, и Мэдоффу становилось все труднее работать практически в одиночку. (К тому же он использовал допотопную систему внебиржевых торгов, предоставляемую Национальным бюро котировок — организацией, которая собирала информацию о покупаемых и продаваемых акциях, ценах и публиковала ее в своих ежедневных бюллетенях.)

Мэдоффу пришла в голову идея воспользоваться компьютерными технологиями, чтобы распространять данные о котировках, получать заказы и т. д. Фактически это был вызов Нью-Йоркской фондовой бирже. То, что придумал Мэдофф, вскоре превратилось в компьютерную внебиржевую площадку для торговли ценными бумагами, созданную при участии и поддержке Национальной ассоциации фондовых дилеров (NASD) и получившую название NASDAQ (система автоматической котировки Национальной ассоциации фондовых дилеров). Мэдофф был не только одним из самых активных участников ассоциации, но фактически отцом NASDAQ и одно время главным игроком на этой торговой площадке.

Площадка NASDAQ стала для Мэдоффа настоящей золотой жилой. Она не просто конкурировала с Нью-Йоркской фондовой биржей, а конкурировала необыкновенно успешно.

"В то время как Мэдофф стал настоящим королем и богом NASDAQ, в Америке появилось множество многообещающих высокотехнологичных компаний. По целому ряду причин они не могли выходить на биржевой рынок, они не отвечали в тот момент требованиям, необходимым для включения в листинг Нью-Йоркской фондовой биржи. Однако эти компании с успехом торговались на внебиржевом рынке,— говорит нью-йоркский эксперт Рон Гилман.— Риски на внебиржевом рынке были куда выше, но риск компенсировался возможностью относительно быстро заработать. Это привлекало к рынку и азартных игроков. В итоге вполне естественным образом получилось так, что на NASDAQ торговались акции самых высокотехнологичных компаний. Достаточно назвать три: Microsoft, Dell, Apple. Что бы сейчас ни происходило, на протяжении десятилетий все они ассоциировались с успехом, быстрым ростом и новизной".

Гордый аферист

NASDAQ, руководителем которой Мэдофф был долгие годы, помогла ему стать не только миллиардером, но и настоящей легендой Уолл-стрит. Инвесткомпании Мэдоффа никогда не испытывали недостатка в клиентах. Казалось, все, к чему он прикасается, превращается в золото. Его влияние в мире бизнеса было почти абсолютным. Он входил в совет директоров Ассоциации фондовой индустрии США — главного профессионального объединения фондовиков. Благодаря этому Мэдофф имел практически неограниченный доступ к первым лицам государства. "В Вашингтоне он был не просто своим, он был желанным,— говорит один из экспертов.— Если Мэдофф говорил, что он чего-то не может сделать, следовало понимать, что этого не сможет сделать никто".

Собственно, утверждает сейчас сам Мэдофф (об этом он честно рассказал в своих показаниях на суде), это чувство всемогущества и погубило его. Идея создать финансовую пирамиду пришла Мэдоффу после того, как в начале 1990-х годов несколько инвесторов, испугавшись царившей в то время на рынке неразберихи, обратились к нему с простой и понятной просьбой принять их средства и приумножить их. Ведь, понятное дело, если этого не смог бы сделать Мэдофф, этого не смог бы сделать никто. Инвесторы были не индивидуальные, а институциональные. Мэдофф не назвал их, однако речь, скорее всего, идет о крупных банках или финансовых корпорациях.

"Я понимал, что эти клиенты, как и все профессиональные инвесторы на рынке, ожидают, что их инвестиции будут превосходить среднерыночные. И хотя я никогда не обещал никому из своих клиентов некоторой конкретной степени доходности, я чувствовал себя обязанным удовлетворить ожидания моих клиентов любой ценой",— заявил Мэдофф.

Единственной возможностью сделать это в тех условиях стал обман. Знаменитый инвестор объявил, что придумал некую особую систему инвестиций, основанную на анализе и отслеживании биржевых индексов, выверенной игре в разных направлениях — на повышение и на понижение, которая позволяет не только обезопасить вложения инвесторов от непредсказуемых изменений котировок, но и в любом случае приумножить вложения. Если бы на месте Мэдоффа был кто-то другой, его бы обозвали шарлатаном. Но авторитет Мэдоффа-провидца, Мэдоффа-новатора и Мэдоффа-инвестора был непререкаем, и бизнесмену поверили сразу.

Поначалу Мэдофф полагал, что его пирамида Bernard L. Madoff Investment Securities — временное явление: он дождется восстановления спокойствия на рынке, вложит вверенные ему деньги в настоящие акции, и все пойдет по-старому. Однако оказалось, что пирамида — дело необычайно прибыльное, а выйти из него практически невозможно.

Своим клиентам и регулирующим органам Мэдофф периодически сообщал, что вкладывает средства в акции и прочие биржевые инструменты, в то время как на самом деле просто складывал все деньги на открытый им счет в Chase Manhattan Bank, а по мере необходимости, когда приходило время выплачивать "дивиденды" или когда клиенты решали забрать свои деньги, выдавал их с того же самого счета.

Счет пополнялся из средств новых клиентов, от которых у Мэдоффа отбоя не было. По свидетельству одной из британских газет, инвесторы буквально выстраивались в очередь, чтобы отдать ему деньги. Когда уже после ареста Мэдоффа власти опубликовали список всех клиентов его пирамиды, он читался как оглавление справочника "Кто есть кто в мире финансов". Помимо огромного количества просто очень богатых людей (один из них позже рассказывал, что доверил Мэдоффу $11 млн, то есть 95% всего своего капитала) в список вошли несколько десятков крупных благотворительных фондов (в том числе, например, благотворительный фонд Стивена Спилберга) и ведущие мировые банки.

Жертва доноса

Нельзя сказать, что деятельность Мэдоффа, слишком удачная на фоне других, не вызывала никаких вопросов. Однажды дело дошло даже до скандала. Некий дотошный эксперт публично заявил, что объявляемые Мэдоффом результаты деятельности его фонда противоречат не только здравому смыслу, но и законам математики: "Такие результаты невозможны даже теоретически". Однако слушать его никто не стал. "Слово простого эксперта против слова легенды Уолл-стрит. Никто и задумываться не стал, кому из них верить",— говорит теперь один из специалистов.

Впрочем, после этого случая Мэдофф стал осторожнее. Он уже не просто выписывал липовые отчеты. Открыв несколько счетов, в том числе и в Британии, в отделении одной из своих фирм, бизнесмен начал переводить деньги со счета на счет, изображая деловую активность.

"Невероятно, но факт. Ему верили абсолютно все. Ему верили собственные сыновья, которые не участвовали в этом бизнесе, ему верил даже третий сын, который участвовал в деятельности Bernard L. Madoff Investment Securities,— говорит эксперт Майкл Доннели.— И было похоже, что лимит доверия предоставлен неограниченный". У него было несколько тысяч клиентов, которые передали ему средства на общую сумму $50 млрд.

По словам Мэдоффа, с самого начала своей аферы он знал, что за преступление придется отвечать. "Когда я начал эту аферу, я знал, что то, чем я занимаюсь, неправильно, преступно... С течением лет я понял, что мой арест и этот день неминуемы",— заявил он на суде за несколько минут до того, как судья отправил его в тюрьму. Тем не менее, говорят многие эксперты, уровень доверия к Мэдоффу был настолько велик, что он мог бы продолжать строить пирамиду всю оставшуюся жизнь. Если бы не грянувший финансовый кризис.

Бегство инвесторов с фондовых рынков коснулось и Bernard L. Madoff Investment Securities. Это не было признаком недоверия к Мэдоффу, просто на какое-то время он перестал быть самым великим. "После краха нескольких инвестиционных банков речь о доверии уже не шла. Инвесторы просто хотели поскорее изъять свои деньги из инвестфондов",— говорит Рон Гилман.

В начале декабря давление на Мэдоффа со стороны инвесторов стало весьма серьезным, он понял, что сохранить историю в тайне не удастся, и попытался спасти хотя бы часть своего состояния. "Мэдофф, разумеется, осознавал, что, когда дело раскроется, инвесторы заберут у него все, что к тому времени у него останется,— говорит один из экспертов.— Он сделал то, что посчитал разумным сделать: постарался раздать деньги своим близким и тем самым вывести их из-под удара".

Финансист сообщил сыновьям Марку и Эндрю, работавшим в других, вполне законных его компаниях, что намерен выплатить новогодние бонусы в несколько сотен миллионов долларов раньше срока. Заподозрив неладное, Марк с Эндрю приехали к отцу домой и потребовали объяснений. Он рассказал правду: пока Марк и Эндрю занимались вполне честным и прибыльным (до кризиса, разумеется) бизнесом, он, Бернард Л. Мэдофф, строил финансовую пирамиду; крах пирамиды в условиях кризиса неизбежен, и он надеется, что сумеет до этого времени спасти хотя бы часть средств. Потом он готов объявить себя банкротом.

Из резиденции Бернарда Мэдоффа его сыновья отправились к своему адвокату. Разговор был недолгим: юрист получил поручение немедленно связаться с властями и передать им Бернарда Мэдоффа.

Мэдофф был арестован 11 декабря 2008 года. На то, чтобы подготовить дело к суду, обнаружить всех пострадавших от пирамиды Мэдоффа и, наконец, передать дело в суд, потребовалось несколько месяцев. Все это время бизнесмен находился под домашним арестом. Уже в зале суда, сделав официальное признание, Мэдофф узнал, что ордер на домашний арест отменен. Суд решил, что теперь, когда обвиняемый во всем сознался, с учетом огромного срока, грозящего ему, преклонного возраста и, разумеется, сохранившихся возможностей он может попытаться бежать от правосудия, чтобы провести остаток дней на свободе. Под аплодисменты присутствовавших финансист был взят под стражу прямо в зале суда и после окончания заседания препровожден в изолятор временного содержания, где он и пробудет все время до вынесения приговора — уже не как Бернард Л. Мэдофф, а как заключенный N 61727054.