Андрей Кульпин
11
All posts from Андрей Кульпин
Андрей Кульпин in Андрей Кульпин,

Уголовная экономика

Интеллектуально-финансовая элита уезжает из страны и управляет своими капиталами из-за рубежа с помощью юристов и охранников. Остаются гастарбайтеры и армия. Интеллектуальная деятельность постепенно теряет всякий смысл, уровень социального оптимизма характеризует статистика убийств и самоубийств, по которым Россия в числе мировых лидеров. Так выглядит "кошмарный сценарий для страны" в описании профессора ВШЭ Леонида Григорьева. За последние 10 лет, по данным Центра правовых и экономических исследований, уголовному преследованию подверглось 16% предпринимателей. Две трети компаний попавших "под статью" бизнесменов закрылось, без работы осталось до 2 млн человек. При этом подвергшиеся преследованию предприниматели не новички в бизнесе, выяснил центр, проведя опрос: 47% имеют стаж предпринимательской деятельности более 10 лет, еще 32% - более 20. А желающих начать свое дело немного: по этому показателю Россия, согласно Global Entrepreneurship Monitor, аутсайдер среди "среднеразвитых" экономик (3,6 против 24,7% в среднем). Вся государственная машина исходит из твердого убеждения, что "бизнесмен по природе своей вор и даже если не вор, то это, как говорится, не ваша заслуга, а наша недоработка", замечает научный руководитель ВШЭ Евгений Ясин. Эти убеждения воплощает Уголовный кодекс, в котором с 1996 г. глава об экономических преступлениях пополнилась 12 составами, половина из которых тяжкие, а пороги наказания по многим экономическим статьям повышены до 5-10 лет лишения свободы. Предприниматель, осознавая, что за ним "рано или поздно придут", в первую очередь начинает выстраивать отношения с властными структурами. Административная рента - взятки и отступные - снижает возможности реинвестирования, зато вынуждает повышать цены. По расчетам экспертов "Стратегии-2020", коррупция вместе с бюрократией приводят к дополнительной наценке в 15% на продовольствие, в 25-30% - на недвижимость. Например, цену литра молока коррупционные издержки завышают на 20-30%, выяснила Любовь Константинова из Transparency International. "Любой хозяйствующий субъект подвергается от 30 до 40 видов надзора. Другое дело, что у надзора бывает пристрастное мнение и беспристрастное", - цитирует она в докладе одного из респондентов, руководителя из молочной отрасли. Правоохранительная система использует свои полномочия не для защиты общества от преступности, а для коррупции и передела собственности, констатирует адвокат Андрей Федотов. Предприниматели страхуют риски, уводя капитал из страны. Еще ни одной стране не удалось при масштабном экспорте капитала ($115 млрд за последние 15 месяцев) и норме накоплений в 21% ВВП провести модернизацию, замечает Григорьев. В России складывается опасное явление - уголовно-правовое управление экономикой, сказал бывший первый зампред Верховного суда Владимир Радченко на конференции ВШЭ: "Нельзя сказать, что сворачивание предпринимательской активности идет только из-за уголовного преследования, но оно, безусловно, играет очень серьезную роль". Послабления же носят косметический характер, считает он. За последнее время только две меры снизили давление на предпринимателей - запрет заключать под стражу до суда по большинству экономических статей и необходимость проводить налоговую проверку перед возбуждением дела за уклонение от уплаты налогов, замечает президент "Юстины" Виктор Буробин. Ужесточение давления на бизнес привело к снижению естественного уровня деловой активности примерно вдвое, но в тучные годы это нивелировалось высокими нефтедоходами, считает Ясин: без фактора роста нефтяных цен и изменения уголовной политики в отношении бизнеса экономика способна расти лишь на 1-2% в год. Без учета дел, направленных на доследование, доля оправдательных приговоров в России - 0,3% (данные Радченко). Но, например, в Грузии, Польше, на Украине их доля тоже 0,5-4%, сравнил научный руководитель Института проблем правоприменения Вадим Волков. Разница в том, что в России 600 заключенных на 100000 жителей против 300 на Украине и 200 в Болгарии. По версии Волкова, наряду с англосаксонской системой права (обвинение и защита соревнуются в убеждении судьи) и континентальной (суд сам занимается расследованием) в бывшем соцлагере действует "постсоветская" система права: суд проверяет работу органов следствия и оправдательный приговор - показатель плохой работы следователей. "Судебная власть - часть правоохранительной системы", - констатирует Волков. В письме - приложении к "Стратегии-2020" эксперты предлагали Владимиру Путину реформу уголовного законодательства и амнистию осужденных предпринимателей, считая эти меры первоочередными для нормализации делового климата. Очень многие деяния - преступления только на бумаге, а по сути - проступки против налогового или административного законодательства, считает Радченко. За 20 лет реформ, пока правила только формировались, посадили десятки тысяч предпринимателей - и правых, и виноватых, - но не провели ни одной амнистии, замечает гендиректор Центра правовых и экономических исследований Михаил Субботин: "И эта система с экономическими заложниками продолжает действовать. Но бизнес в атмосфере страха работает плохо". Вольность формулировок законов создает большое пространство для произвола и коррупции: то, что предприниматель может счесть незапрещенным, т.е. разрешенным, следствие и суд могут признать противозаконным. В таких условиях шансы предпринимателя оказаться под уголовным преследованием - 50 на 50, оценил помощник президента Аркадий Дворкович на конференции ВШЭ. Если бы у государства существовала презумпция невиновности предпринимателя, структура контроля и надзора за экономической деятельностью была бы иной, но доверия к бизнесу нет, признал он: "Поэтому мы не можем пойти на решения, которые означали бы улучшение инвестиционного климата" (цитата по hse.ru). Но и к государству доверия нет - многие его инициативы встречают у общества либо апатию, либо агрессию, посетовал Дворкович.