Информагентство Финам
1
All posts from Информагентство Финам
Информагентство Финам in Финам,

"Открытие" и "Бинбанк": была ли альтернатива санации?

В августе-сентябре 2017 года под угрозой отзыва лицензии оказались крупнейшие частные банки. Санация банков "Открытие" и "Бинбанк" проводится с помощью нового механизма – Фонда консолидации банковского сектора.

Выбранный вариант санации – вхождение в капитал проблемных банков государственного Фонда консолидации банковского сектора – в сложившихся обстоятельствах можно считать оптимальным решением, принимая во внимание опыт ЦБ РФ по санации в последние три года других банковских учреждений (отзыв лицензии с возмещением вкладов за счет средств Агентства по страхованию вкладов (АСВ), санация с помощью АСВ, санация с помощью других банков). Выбранный в данном случае вариант определяется в первую очередь размерами банков. Отзыв лицензии у них мог повлечь за собой массовый "набег" вкладчиков, а у АСВ недостаточно средств: в последние полтора-два года Фонд страхования вкладов практически исчерпался, и новые взносы банков в систему страхования вкладов не покрывают текущих выплат вкладчикам банков с отозванными лицензиями. Теперь такие выплаты финансируются преимущественно из того же источника, что и процедуры финансового оздоровления – за счет кредитов Банка России. Более того, эти процедуры, как правило, обходятся дороже, чем финансирование возмещения по застрахованным вкладам. Что касается санации с помощью других банков, то в условиях стагнирующего рынка любой из банков столкнулся бы с серьезными трудностями, занявшись санацией "Бинбанка" или "Открытия", т.е. вновь потребовалась бы помощь регулятора.

Вхождение государства в капитал крупнейших системно значимых банков или финансовых корпораций, находящихся в преддефолтной ситуации, является распространенной, начиная с кризиса 2008 г., международной практикой: можно привести примеры США (AIG), Великобритании (4 из 5 крупнейших частных банков страны), Франции (Credit Agricole) и др. Это новый тренд в международной практике купирования банковских кризисов (ранее предпочтение отдавалось созданию системы страхования вкладов, продаже обанкротившихся банков сильным частным игрокам). Его появление объясняется возросшими масштабами потенциальных потерь банков, системными эффектами и фактическим отсутствием в условиях кризиса "надежных" банков, относительно которых регулятор может быть уверен, что они также не окажутся в преддефолтном состояния, приняв на себя долги банкротящихся банков. Усиление присутствия государства в банковском секторе в такой ситуации рассматривается как временное явление.

При этом кризисные ситуации во многом стали следствием системного несовершенства действующих принципов банковского надзора, в частности, методик Базельских требований, которые позволяют банкам успешно маскировать проблемы в условиях инфляционного роста номинальных показателей баланса, действующего порядка реструктуризации кредитов и существующей системы пруденциальных нормативов. Это общая мировая проблема в пруденциальном надзоре, часть недостатков которой будет устранена при полном переходе на Базель-III. В то же время необходимо отметить, что собственники и менеджмент российских проблемных банков пользовались поддержкой со стороны правительства и ЦБ РФ: речь и о прямой помощи – выдаче кредитов, и об одобрении расширения их бизнеса за счет приобретения компаний, а также взятия на санацию других банков, что стимулировало их недобросовестное поведение. Однако без резкого замедления инфляции эти банки с высокой вероятностью могли бы сохранить свою платежеспособность на достаточно длительный период и, возможно, "дожить" до окончания периода стагнации банковского кредитования и начала более устойчивого экономического роста.

Рекапитализация банков именно за счет средств ЦБ РФ (через Фонд консолидации банковского сектора), а не средств правительства РФ (федерального бюджета), с одной стороны, оправдана статусом ЦБ РФ как мегарегулятора банковского сектора и финансового рынка (правительству логично выполнять подобную функцию, если такая политика неизбежна и признана оптимальной, в отношении компаний нефинансового сектора). С другой стороны, поскольку для поддержания платежеспособности банков требуются достаточно большие объемы эмиссии, то именно ЦБ РФ как орган денежно-кредитного регулирования имеет возможность минимизировать инфляционные риски от такой эмиссии. Ее объемы и конкретные сроки проведения могут быть учтены им при расчете ежедневного структурного профицита/дефицита ликвидности банковского сектора. Таким образом, возможна коррекция объемов других операций Банка России по предоставлению/абсорбированию ликвидности с тем, чтобы нейтрализовать эмиссию, направленную на поддержку банков. Так, объемы профицита ликвидности в настоящее время примерно соответствуют тем, которые ожидались ЦБ РФ в начале года и предполагали достижение целевого инфляционного ориентира на уровне 4%. Поступление ликвидности по бюджетному каналу фактически оказалось меньше ожидаемого, что позволило Банку России нарастить кредитование банковской системы без существенного изменения прогнозировавшегося уровня ликвидности банков. При этом у ЦБ РФ есть все инструменты для поддержания ключевой ставки на заданном уровне. Конечно, в случае дополнительной чистой эмиссии ЦБ РФ приходится при прочих равных условиях поддерживать несколько более высокую ключевую ставку. Однако при возникновении системных проблем в банковской системе макроэкономические последствия были бы еще серьезнее.

В ходе санации "Бинбанка" и "Открытия" четко проявилась позиция Банка России, заключающаяся в спасении именно банков, а не их собственников. Собственники фактически потеряли свои пакеты акций в банках после вхождения в капитал Фонда консолидации. Иными словами, средства предоставляются, по сути, на возвратной основе, хотя и не в форме облигаций, если мы предполагаем (в соответствии с описанной выше новой мировой практикой) временное вхождение государства через ЦБ РФ в капитал этих банков. Заметим, что возвратность предоставленных средств, т.е. изъятие из обращения эмитированных ранее под нужды рекапитализации банков денег, будет обеспечена даже при выкупе впоследствии доли Фонда одним из госбанков ("Сбербанк", ВТБ). При такой операции средства с их корсчетов в ЦБ РФ будут списаны и таким образом денежная база сократится.

В среднесрочной перспективе остается вопрос реформирования банковского надзора, потому что именно его несовершенство во многом предопределило текущее положение в этом секторе. Такое реформирование должно быть направленно на достижение как минимум двух целей. Первое – это разумная оптимизация издержек банков на обеспечение взаимодействия с регулятором в рамках надзорной деятельности. Высокая регулятивная нагрузка на банковский сектор – давняя претензия участников рынка, имеющая под собой реальные основания. Необходимо провести работу по систематизации всего массива банковской отчетности, исключить дублирование информации как внутри отчетности, передаваемой Банку России, так и между формами отчетности, направляемыми в другие госорганы.

Второе направление модернизации надзора, связанное с первым, – это повышение эффективности контроля регулятора за текущим состоянием финансового положения банков. Избыточная отчетность не только увеличивает издержки банка, она также затрудняет контроль за его текущим состоянием со стороны проверяющих органов, позволяя манипулировать информацией в своих интересах.

Обе этих цели отчасти достигаются внедрением системы электронного взаимодействия банка и регулятора в онлайн режиме. В результате внедрения такой системы банки смогут ограничиться однократным предоставлением любой отчетной информации. В то же время представители различных подразделений регулятора будут иметь постоянный доступ ко всей интересующей их информации о банке и отслеживать положение дел в поднадзорных организациях в оперативном режиме.

Внедрение новой системы, очевидно, будет сопряжено со значительными, но разовыми издержками. Кроме того, вероятно, потребуется определенный переходный период, когда надзорная нагрузка на банки может возрасти вследствие параллельного действия старой и новой систем сдачи отчетности.



Дробышевский Сергей, Институт Гайдара