Никита Петров
2
All posts from Никита Петров
Никита Петров in Биржевые старости - ретроблог,

​Ремарк по макроэкономике

Любое произведение, описывающее реальную жизнь той или иной эпохи, можно считать учебником по финансам. Великие поэты – от Гомера до Пушкина, писатели – от Петрония Арбитра до Пелевина так или иначе давали срез экономики своего времени. Колумнист «Делового квартала» Виталий Калугин подверг глубокому финансовому анализу произведения Ремарка и пришел к выводу, что они являются кладезем макроэкономической мудрости. Делюсь с вами его размышлениями.

Впервые этого автора я узнал в 1989 г. — по совету друзей. Осень. Первый курс университета. Невиданный для вчерашнего провинциального школьника интеллектуальный взрыв! Прочитал всего: к перечитыванию остались раз в 3-4 года «Три товарища», и как минимум раз в год-другой «Обелиск».

«Черный обелиск» — роман многогранный. За наивностью первой пробы пера автора скрылся смысл, который дошел до головы много позднее. Ну кто, в конце концов, что-то знал про рыночную экономику в СССР в 1989 г.? Все описанные там финансовые ужасы были удивительными, не более. Из серии «Не может быть», когда в кошельке твердые, как камень, рублики, трешки и даже на мелочь можно было купить много всего.

Но жизнь идет. Не прошло и пары лет, как жизнь по талонам на сахар и масло удивительно напомнила Германию 1923 г. Цены не скакали, конечно. Товара не было — какие уж тут цены. Вот в 1992-м, да, цены разгулялись. И роман Ремарка вдруг стал явью.

По нему можно было сверять действительность. Не буквально, но очень похоже. Это был первый описательный пример гиперинфляции. Статистика говорит, что в 1923 г. в Германии цены удваивались каждые 49 часов. Потом будет Греция 1944 г. с удвоением каждые 28 часов, Венгрия в 1946 г. (каждые 15 часов), Югославия в 1993 г. (вдвое в 16 часов) и Зимбабве в 2008 г. (каждые 1,5-2 часа).

Ценность романа с точки зрения свидетельства о финансовом цунами в том, что это побочная линия сюжета. Автор хочет нам рассказать о людях и отношениях, и поэтому все те описания экономики, которые он нам дает — совершенно беспристрастны. Потому что вторичны для него.

Но важны для нас.

Что мы читаем и какие выводы делаем из далекого 1923 г.? Выделим основные — обсудим по пунктам, резюмируем.

1 | Гиперинфляция всегда является потребительской, от спроса. Иными словами — монетарной. Инфляция издержек бывает, но умеренная. Люди будут покупать еду в любых обстоятельствах и по любым ценам. В романе людям давали зарплату и тут же отпускали в магазин, потому что цены утром и цены днем — это были разные вещи.

Цитата:

«Какие-то несчастные восемь тысяч марок! И все-таки в девять утра это было еще кое-что. А потом объявили новый курс доллара, и я теперь уже не могу на них купить даже галстук…».

2 | Твердость валюты напрямую зависит от доверия к ней. Обладатели долларов в романе были королями. Потому что США как победитель в Первой мировой обладали огромной по размерам экономикой и финансовой системой, в устойчивости которой ни у кого не было сомнений. Более того, надежной валютой считался польский злотый.

Цитата:

«— Где прекрасные спокойные дни 1922 года? Доллар поднялся в тот год с двухсот пятидесяти марок всего до десяти тысяч. Уже не говоря о 1921-м — тогда это были какие-то несчастные триста процентов».

Резюме – гиперинфляция всегда сопровождается девальвацией.

3 | Доверие к валюте базируется на ее обеспечении. В противном случае не обеспеченная активами банкнота не стоит и бумаги, на которой напечатана. Деньги меряют килограммами. Не увеличиваются размеры экономики в товарном выражении, Но при этом, как мы читаем у Ремарка:

«Инфляция растет такими темпами, что государственный банк не успевает печатать денежные знаки. Новые банкноты в сто тысяч выпущены всего две недели назад, а теперь скоро выпустят бумажки в миллион. Когда мы будем считать на миллиарды?».

Резюме: государственный банк может контролировать инфляцию через эмиссию, поэтому инфляция спроса вещь рукотворная. (Кстати, в конец концов дело кончилось купюрами в 100 трлн. марок. Которые, как говорят, имеют коллекционную ценность и стоят 2500$).

4 | В кризис люди, у которых есть свободная твердая ликвидность, могут покупать реальные активы по бросовым ценам:

«…наживаются на всем этом спекулянты, валютные магнаты, иностранцы — они за несколько долларов, крон или злотых могут приобретать все, что угодно… Эти все приобретают чуть не даром».

Резюме: в кризис как можно скорее избавляйтесь от неликвида, потому что кэш — король. В твердой валюте, конечно.

5 | Те, кто имеет твердую валюту, могли спекулировать на бирже, получая сверхприбыль на росте, вызванном инфляцией. Есть в романе такой характерный герой Вилли, олицетворение биржевика. Резюме: можно избежать последствий инфляции через покупку защитных активов на бирже. (Но не спекулировать — для героя романа все в итоге закончилось плохо).

6 | Хранить деньги в банке становиться бессмысленным.

«…держать их в банке тоже было бы безумием — они растаяли бы, как снег в июне».

Резюме: срочно вкладывать в ликвидные, не подверженные инфляции ценности.

7 | Гиперинфляция рождает гигантское социальное расслоение. Крупный капитал и банки против всех остальных.

Цитата:

«Разоряются при этом люди, оказавшиеся не в состоянии оплачивать свои покупки векселями, люди, имеющие какую-то собственность и вынужденные продавать ее, мелкие торговцы, рабочие, рантье, чьи сбережения и банковские кредиты тают на глазах, чиновники и служащие, существующие на заработную плату, на которую уже нельзя купить даже пары новых башмаков. А наживаются на всем этом спекулянты, валютные магнаты, иностранцы, […] а также крупные предприниматели, фабриканты и биржевые дельцы, акции и ценности которых растут безгранично».

Резюме: если вы обыватель, то понесете всю тяжесть инфляции.

8 | Бизнес надо делать на предоплате. Иначе погибнешь. Цитата:

«Те три четверти миллиона, за которые вы сегодня продали крест, если их уплатят только через два месяца, будут стоить не больше, чем сегодня пятьдесят тысяч марок».

9 | Отсюда вытекает последнее. Самое ценное. Вывод — бриллиант! Слово автору:

«Подобным же образом (векселями, — прим.) в Германии финансируется каждое предприятие, и государственный банк вынужден печатать все больше бумажных денег, вследствие чего курс падает все стремительнее. Но правительству это, видимо, тоже на руку — таким образом оно освобождается от всех своих государственных долгов.. Происходит грандиозная распродажа честных доходов, сбережений, порядочности. Хищники кружат повсюду, и только тот, кто имеет возможность делать долги, спасается от них. Они исчезают сами собой».

Инфляция растворяет внутренние долги и поэтому выгодна правительству. Если оно имеет право печатать деньги, естественно. И крупным заемщикам в национальной валюте.

Инфляция, в конце концов, была остановлена. Довольно просто — сделав валюту обеспеченной реальным активом. Что происходит в итоге: маятник качается в другую сторону — падение цен. Денег нет ни у кого. Но как жить в этих условиях — предмет отдельной колонки.

P.S. Вишенка на торте. Именно у Ремарка я впервые прочитал выражение: «Только идиоты утверждают, что они не идиоты».